Телеканал СПАС

Как известно, дед преподобного Пафнутия был татарином, который принял крещение в православии с именем Мартин и положил начало благочестивому роду, который и дал жизнь будущему светильнику православной веры. Родители воспитывали сына в любви к церкви и благочестии. В 20 лет он с их благословения принял монашеский постриг с именем Пафнутий. За свое смирение и добросердечность Пафнутий приобрел любовь и почтение братии. На 51-м году жизни преподобный тяжело заболел. Чудесным образом исцелившись, он ушел из монастыря и поселился на левом берегу реки Протвы. Здесь и был основан им Боровский монастырь. Преподобный имел дар прозорливости. Однажды он послал одного монаха на ловлю рыбы для монастырских нужд и приказал дать ему 5 гривен денег, чтоб тот купил на них сосуды для засола пойманной рыбы. Однако монах не верил, что можно заполнить даже одну бочку, и не хотел тратиться. Преподобный же сурово приказал ему делать повеленное. И не напрасно. Потому что его улов за три дня составил 730 больших рыб, что превосходило всю летнюю добычу любого рыбака. Главным заветом Боровского чудотворца стали его слова, сказанные братьям перед отходом вечность. «Спешите делать добро». Такое смирение старца вдохновило великого художника Михаила Нестерова на создание необычной картины. Сюжет удивителен тем, что мы не видим лицо святого, хотя точно знаем, что это он. Даже на полотне изливается это невероятное и безграничное смирение старца.

У меня в голове всегда жили и живут христианские ценности, которые бесконечно далеки от того, видно мои коленки или не видно мои коленки. Понимаешь, для меня христианство — это не об этом. И когда я говорю о своей ответственности перед Богом, я что имею в виду? В первую очередь — не принести в этот мир зла. Еще больше, чем в нем есть. Не мстить. Уж тем более первой. Не нападать, не делать людям гадости. Не убить, само собой, но даже просто в работе, в чем-то. Не увеличивать количество конфликтов, а значит, зла. Прощать. Стараться понять людей, многих людей, людей, которых посылает Бог. Никогда не отказывать в помощи. Предлагать эту помощь. Быть милосердной. Просто милосердной. Даже к плохим людям. Для меня суть христианства в этом. Понимаешь?

Когда матушка жила, ей Господь очень много открывал. И она мне говорила, что был узкий круг людей, духовных чад Оптиной пустыни, которые её знали, с ней общались. Потом были те времена, когда доехать было сложно, у людей машин не было. И она говорила: «Вот ко мне походят, а потом про меня забудут». И так произошло, что, когда она умерла, ну где-то месяца 3–4, там были какие-то, приходили и чада, и оптинцы. А потом действительно на года два — просто никого. Кроме отца Иллиодора покойного, который был преданный такой подвижник. Он всегда с кадилом, он там возле могилки молился. Больше не было никого. А всё началось с того, что одна молодая женщина, она была экскурсоводом, узнала о матушке, и она проявила инициативу — просто самостоятельно привезла группу. А сама печалилась о том, что молодая девушка, такая замужем — ушёл муж. И она к матушке пришла с мыслью о том, чтобы помолиться, чтобы матушка помогла вернуть мужа. И зачем-то скушала кусочек земельки...

Я прям помню, как я поначалу, когда воцерковлялся, — меня очень вдохновляла церковная служба. Мне было очень интересно разобраться, что на ней происходит, что за слова, что за «паки-паки», почему они так одеты, зачем этот дым, зачем эти свечи. И когда я начинал в этом потихоньку разбираться, что-то читать, я просто стою на службе, и там дьякон, я помню, возглашает вот эту мирную ектению, с которой Литургия начинается. И вот этот дым ладана после каждения храма перед началом Литургии, пение хора, церковнославянский язык, свечи, иконы, вот эта накопченность... Да, определенный вайб. У нас храм, куда я ходил, он такой старинный. И я вот помню: я стою, понимаю, что я стою в здании 1698 года постройки, и что в этом храме, на этом же точном месте, что и я, 400 лет назад стояли такие же, как я, люди, совершенно в другом мире живущие — без стиральных машин, без каких-то там проблем с личными границами и так далее. Но служба была та же, и вера была та же, и Бог был тот же. И я, короче, в моменте ловлю, что типа всё меняется, а Бог — тот же. И вот я сейчас здесь, я с Ним, и вот это... У нас еще отец Валерий такой — как из глубины вселенной просто, таким сверлом: «Господу помолимся!» Я такой стоял — вот это космос вообще.

Любовь – это не чувство. Чувство сегодня есть, а завтра нет. Ты встретил другую через 15 лет, и в тебе взыграло чувство. Или чувства к жене у тебя кончились, потому что она заболела. А любовь – это направленность воли, понимаете? Поэтому, если моя воля направлена на мою жену, я не допущу, чтобы у меня возникли чувства к другой женщине. Я буду препятствовать даже этим мыслям. Любовь мужа и жены — она будет другая. Она не может умереть, если она во Христе. Но вот живут пожилые муж и жена. До плотского соития уже давно нет. Уже 20 лет назад всё закончилось. А это абсолютно счастливые люди, как один. Он начинает предложение, она продолжает, он заканчивает. Он пришёл там с гуляния, сопит в коридоре. Она уже знает, в каком он состоянии. Ему плохо — она знает, что ему плохо. Потому что достигнуто вот это единство. И христианский брак – это как раз брак, который преодолевает только чувственное. Он растает через него в небесное единство, понимаете? Но он даёт единство на всех уровнях. И это красота и роскошь – христианский брак. Это удивительно счастливое, если мы учимся у Христа любви, удивительно счастливое моё сейчас состояние.

Григорий Монетка — блаженный, чья милость до сих пор ходит по свету Сейчас мы с вами движемся к могиле Григория Монетки. Это еще один подвижник петербуржский. В самом начале 19-го столетия жил, и, возможно, какое-то время он был современником даже Ксении Петербургской. Блаженный Григорий был странником. Он ходил по святым местам и бывал даже в Иерусалиме. А монеткой его прозвали вот почему. Подарил однажды блаженному Григорию его давний друг, протеерей, ценную золотую монету. В тот же день Григорий увидел мужчину, который собирался броситься в реку. Несчастный не хотел жить. потому что наделал карточных долгов и не мог теперь прокормить шестерых детей. Григорий отдал ему единственное свое сокровище – золотую монету, этим спас. А когда мужчина решил вернуть долг, блаженный сказал ему – отдай эти деньги тому, кто в них нуждается. С тех самых пор святая монета ходит по миру, выручая тех, кто оказался в отчаянном положении...

Одна из самых известных святых здесь после Ксении Петербургской блаженная Анна Лашкина, которую еще называют Анной Петербургской. До революции над ее могилкой, так же, как и над могилкой Ксенюшки, возвышалась часовня. Анна происходила из знатного рода и могла бы всю жизнь вращаться в советском обществе. Но Господь все управил по-своему. Возлюбленный Анны, за которого она собиралась замуж, предпочел ей другую. И решила девушка, что истинное счастье можно обрести только в единении с Богом и стала юродивой. Как и Ксения Блаженная, она ходила по улицам Петербурга и предсказывала людям радость и горе. Чудеса происходили и после её смерти...

В монастыре чем хорошо: тут не нужно приходить с образованием, какими-то навыками. Здесь всё просто. Подошёл — старшая сестра тебе говорит: делай то-то и то-то. И ты делаешь. Хоть картошку чистить, хоть территорию подметать, хоть в земле что-нибудь сажать, цветы. Вот в этом плане почему говорят, что самое главное — послушание. Даже если кажется, на первый взгляд, что это бессмысленный труд. Да, матушка? Тут дело в отвержении воли. А, то есть это совершенно про другое? Это совсем про другое, да. Что такое послушание? Это не то, что ты идешь и бьешь лбом то, что нужно, а слово имеет корень «слушать». То есть ты слушаешь, в чем воля Божия. Сделай то, что тебе говорят. Со временем, конечно, уходят ненужные мысли. И больше посвящаешь времени Богу, молитве.

Был случай такой, что партизаны хотели засаду сделать, немцев забомбить на тракте, но Бог миловал, что они другой дорогой поехали, а то погибли бы, да. Но однажды деревня попала под обстрел, чудом семья священника выжила. Мы были дома. Родители и сестра ночью, и вдруг вот такой свет засиял. Что такое? Отец говорит: «Бегом выбегаем быстро из дома, врассыпную, потому что это бомбежка будет». Мы выскочили, и со свистом бомба как грохнула метров сорок от нас. Мы остались живы, и слава Богу. После войны отца Алексия призвали в армию. Четыре года он провел в Красноярском крае, здесь произошло еще одно чудо. Решил как-то искупаться с сослуживцами и вдруг начал тонуть, сильно течение захватило его. Трону ногами дно — опять тону, опять. Я уже молюсь, думаю: «Ну что ж, мне жалко своих родителей, они будут плакать по мне, сестра моя, всё это». Вот так вот молюсь, и вдруг… Три дня я не мог жить нормально. Столько я переживал. Да. Так впечатлился, что решил — станет священником.

Я вам расскажу сейчас интересный случай. Как раз я встретился недавно с одним фронтовиком, современным. Парень, ну, такой, знаете, невоцерковленный, хулиган, даже полгода сидел за хулиганство, там и бизнесом занимался, ну, все, такой, знаете, вот прям вот, шабутной, что называется. И он вот оказался на СВО, на фронте, артиллеристом, и он как-то задумался о Боге, ну, потому что, ну, фронт, война, смерти, то есть как-то способствует, задумываться о смысле жизни и о Боге. Он говорит, я лежу в блиндаже, лежу, ну, как Евангелие прочитал, лежу, думаю о Боге, вдруг чувствую - передо мной Христос стоит. Я говорит, вскочил, а весь грязный, ну, это же окоп. Как же я перед Богом в такой одежде?! Так что Господь может и любому человеку явиться. Да, ну, это великое чудо почувствовать присутствие Христа рядом.

Когда я был семинаристом, меня пригласили на собрание пятидесятников. И мне сказали, что там прибыл сосуд Духа Святаго, который имеет все дары. И я приехал посмотреть на этот сосуд благодати. Я встал в эту очередь. И когда я подошёл, он говорит: брат, молись. Ну, я стал читать молитву. Это означает: слушай, Израиль, Господь Бог, Твой есть Господь Единый. А он мне переводит: труд, снопы, аллилуйя, неси снопы, собирай команду, проповедуй. Я стал читать другую еврейскую молитву. Барух — благословен, Ата — ты, Адонай — Господь, Элакейну — Бог наш и так далее. Я знаю перевод. Он переводит то же самое: труд, аллилуйя, несёшь снопы, собирай команду. Тогда я напрягся и стал читать первую суру Корана — Аль-Фатиха. «Бесмилля, рахман, рахим, аль-хамду лилахи, раби, аля ламин, рахмани, рахим, малики, яумидин, якинабуду». И так до конца. Он — то же самое. Я его остановил и сказал: у вас нет никакого дара иных языков. А он на меня смотрит и говорит: брат, ты думаешь, ты сам можешь истолковать свои языки? Ты ещё молод, ты к этому придёшь. Я говорю: да нет, во-первых, я не брат, я православный христианин, и я пришёл сюда, чтобы вас проверить. Потому что мне сказали, что у вас все дары. А кто тебе дал право меня проверять? — очень грубо сказал он. А я уже сделал закладку в своей Библии. Открываю, показываю ему: «испытывайте духов, от Бога ли они». И я ему объясняю. Я говорю: вы говорили о каких-то снопах, о какой-то команде, которую я должен собирать. И этому человеку потом запретили практиковать всё это. Но потом я узнал, что он ездил по всей Украине и продолжал фокусничать в таком же направлении. А духов надо именно испытывать.

У старшего сына, у него погибла жена, и он был в ужасном горе. И мы с дочкой, которую послала Господь и Матронушка помогла мне вымолить, молились о том, чтобы у него появилась хорошая жена, чтобы у него появились детки. И случилось чудо, да. Мой сын встретил прекрасную девушку, и у них родились деточки. Теперь он многодетный папа. У меня пять внуков. Благодарю Матрону за это, за эту радость, за это счастье. Молитвы Натальи были не только о своей семье, но и о друзьях. Дочку подруги постигла серьезная болезнь. С тяжелым диагнозом девушка приехала лечиться из Магадана в Москву. Врачи сказали, что, скорее всего, забеременеть не получится при таком заболевании. Узнав это, Наталья стала усердно молиться за дочь подруги. Вскоре произошло чудо. Слово Богу, она вылечилась благодаря молитвам, благодаря Матроне. И еще родила прекрасных двух детей. Известны слова Матроны. «Все, все приходите ко мне и рассказывайте, как живой, о своих скорбях. Я буду вас видеть и слышать, и помогать вам». И это особое завещание вселяет надежду в сердца тысячи паломников, которые ежедневно, нескончаемой вереницей, идут к мощам Блаженной Старицы.

Чтобы не затянуло в виртуальную реальность, нужно сознательно снижать дозу. Не пропадать в соцсетях, на сайтах и в сетевых играх часами. Хорошо помогает цифровой детокс. Провести выходные без гаджетов или отправиться в поход туда, где нет связи. Я видел несколько раз, как работает цифровой детокс. Ну, ломка на самом деле занимает всего сутки, может быть, полутора суток. Потом дети переключаются, особенно если есть много занятий либо просто тяжёлый поход: надо идти, потеть, тащить рюкзак или грести по бурной реке. Не доверяйте сети информацию о себе. Ваш домашний адрес, номер паспорта и фотографии — не для посторонних глаз. Потом эти данные утекут нашим недругам. Потом они будут продаваться и так далее. Можно ехать на машине со скоростью 60 километров, а можно — 200. Вероятность того, что вы попадёте в аварию при 200, велика. Поэтому не стоит оставлять везде свои данные. Понятно, что там, кто захочет, они так или иначе их узнают, но тем не менее вот этот риск можно минимизировать. Можем установить антивирус? Устанавливаем. Можем оформить отказ от сбора биометрии? Оформляем. Используем двухфакторную аутентификацию, то есть подтверждение входа через СМС. Используем сложные пароли. Заходим на сайт госуслуг и настраиваем запрет на выдачу кредита, запрет на изготовление симки без нашего ведома. То есть всё, что мы можем сделать, чтобы себя обезопасить, мы это делаем.

Сколько в головах таких сорванцов еще самонадеянности и глупостей. Представь себе, решить нырять под какой-то металлический понтон, не зная, доплывешь ли ты до окончания... С другой стороны, да? Да, до этого моста. Братец меня опережал всегда физически, а я запнулся, решил где-то на середине пути набрать воздух, ударился прибольно головой, видите, до сих пор здесь такая лысинка. Вот все почернело, и я понял, что жизнь сейчас кончится. Но хотите верьте, хотите нет. До сих пор мурашки идут по сердцу, как будто невидимая рука. Меня как щеночка какого-то импульсом. Через мгновение я оказался уже на другой стороне, задыхаясь. Дышал воздухом, увидел небо. И с тех пор я, наверное, поверил, что есть Ангел Хранитель, хотя еще крестик мы не носили. Но вы были крещеные же тогда. Крещеные. И, видимо, это определило исход этого страшного приключения.

И я могу сказать, что, знаете, даже такой вот опыт, когда я не молилась совсем, и когда я начала молиться, я начала чувствовать, как Господь даёт благословение на текущий день, и как складываются дела, и как вообще складывается день, когда ты помолился. И вечером, когда мы читаем вечерние молитвы, благодарим за прожитый день, и есть исповедь каждого дня, как вот ты читаешь эту молитву, и всё-всё себя как будто смываешь, вот это вот всё, что сегодня произошло.

Ну вот, когда в университете так получилось, что я в день рождения своей супруги решил пойти все-таки на занятия. И на пути обратно домой я так споткнулся, что упал на лестнице. Скользко было, ну, январь месяц. И левой ногой, которая и сейчас хромает, я проломил себе семь ребер. Ого! Они все вошли мне внутрь тела. Вот там потом в больницу отвезли, там обломочки вытащили. Один обломок попал прямо в нижнее левое легкое. Но тоже, слава Богу, что не зацепил сердце. И получилось тяжелое воспаление легких. Вы молились, когда вот это все случилось с Вами? Ну, конечно. Я все время молился и думал, ну, видно, меня ну не наказывает Господь Бог, Он просто напоминает, что стоп, дорогой.

Господь такой же, как 2000 лет назад. Мы читаем эти евангельские чудеса. Нам кажется, это так давно было, да у нас уже это всё не может быть. Или, знаете, иногда современная женщина думает, ну вот как я? Ну, понятно, там с какой-то хорошей женщиной, которая ходит в храм, такая вся благочестивая, случилось чудо. Ну, а я вот самая обычная, вот в джинсах с помадой сижу на работе. Ну, разве со мной может случиться чудо? Разве может меня Господь услышать? И моя история, наверное, как раз про это, что да, девочки, я вот такая же, как вы. Я хожу в джинсах, крашу губы, я хожу просто в храм по воскресеньям, и Господь являет вот такие чудеса. То есть здесь, знаете, не нужно ждать момента, когда ты станешь каким-то совершенным, лучшей версией себя в духовном плане, да, а нужно приходить к Господу таким, какой ты есть, приносить Ему то, что, да, у тебя сейчас болит, и Господь это исцелит.

Наша семья стала умирать от голода, от холода. Мама заболела туберкулезом. Камень у меня встал. У почки сильно боли были у меня. Только прилягу, а это время-то было безбожное, гляжу, дверь открывается, три монахини входят. Ирина, Агапия и Хиония. Да. Они входят к больным, мальчики лежали тоже с почками, ко мне подходят. И одна говорит, этого больного надо ослабить. Два больных, которые после меня, они сразу прошли, они умерли. Где они не остановились, так умерли эти люди. Где не останавливались. А где консилиум у них был, все были живы. Я показал камень. Они-то ушли, раз, и камень выскочил сразу. Почему вы увидели этих монахинь? Ведь кто-то, кто лежал с вами рядом там на кровати, никто не видел. Другой не увидел, а вы увидели. Не только они стояли, беседовали со мной. А чудо, это же чудо. Да, конечно, а как ты думаешь? А как его, ну что ли, выпросить у Бога? А когда надо, Господь сам посылает. Не мы, даже не просим мы, а Сам Господь, если надо, Он пошлёт. Всё ли понятно, я говорю, или непонятно? Да, понятно, Сам Господь решает. Да, Сам.

Вы избрали путь монашества. Вот никто не поверит, но вот для этого, может быть, мы сейчас на «СПАСЕ» и находимся. Никто не поверит. Вы говорите, что уж ушел монахи. Да в монахи не уходят, в монахи приходят. Дело в том, что никто не поверит, никто не поверит. Здесь поверят. От радости, от благодарности. От радости, от благодарности. Я прокрутил свою жизнь дальше. И подумал, если бы ты не пришел к вере, какая бы была твоя жизнь. Особенно это касалось потом 90-е годы, 5-е или 10-е. То есть я в какую-нибудь историю со своим характером обязательно бы влип. В какую-то историю. И кого-нибудь грохнул. Или меня, или я кого-нибудь. Вот такая была, так сказать, натура. Господь разворачивает на 180 градусов. И дает жизнь и шанс. Жизнь и шанс. Я подумал, так если у меня началась вторая жизнь, так значит ее надо посвятить тому, кто мне дал эту жизнь. Люди нормальные, пусть у них все будет по-нормальному. Семья, дети, потому что они нормальные, хорошие люди, у них вот такой путь. У меня путь был бы совсем другой. И надо за это, за это Богу, эту жизнь, которую Он дал, Он дал эту новую, вторую жизнь. Вот Ему надо эту жизнь посвятить.

Самый частый общий призыв ко всем семи Церквям Апокалипсиса – это три слова. Покайся, будь верным, не бойся. Это может стать программой и нашей жизни христианской? Я бы добавил сюда еще напоминание: «Знаю твои дела». Я бы добавил туда еще. Начинал бы с этого. Он знает мои дела, а потом Он говорит «Покайся». А потом уже «Будь верен мне», Он говорит «Не бойся, я сберегу тебя». Да, то есть вот, по сути, такая четырехчастная доктрина, хорошая доктрина.